Кубанская античность: город тысячи всадников

В теплые пасхальные дни жители кубанских станиц любят выезжать «на природу» — живописные места неподалеку от дома. В степной зоне края трудно найти зеленый уголок: почти вся черноземная площадь распахана под поля и рисовые чеки. Узкая полоска леса из белоствольных тополей сохраняется лишь вдоль берегов Кубани, да еще можно укрыться в лесополосах с видом на работающую сельхозтехнику. Но станичники не унывают: они знают, где можно повеселиться, устроить пикник и на виду у всех запустить в ночное небо фейерверк. Это «майские горы» или «могилы» — высокие земляные курганы, вытянувшиеся цепью вдоль старого русла Кубани.

Могильные поля

Весной курганы покрываются зеленой травой и первоцветами. С вершин, достигающих 30 м, далеко видны окрестности, зеленеющие поля, сверкающая лента реки. Бока «майских гор» изрыты следами официальных и хищнических раскопок, на макушке — остатки спиленных на металлолом тригопунктов. Каждая могила учтена и состоит на охране, ведь возраст этих сооружений исчисляется тысячелетиями. Под толщей земли покоятся предшественники народов, ныне населяющих Кубань. К сожалению, они не имели письменности и всё, что известно о великих курганных культурах, ограничивается лишь погребальными ритуалами.

Наиболее известны меотские погребения ст. Елизаветинской. Непосредственно перед революцией 1917 г здесь работал археолог Н.И. Веселовский, раскопавший 5 из 30 насыпей. Каждый курган достигал 6 м в высоту и состоял из сильно слежавшегося глинозема. Рабочие снимали слои земли сбоку, чтобы обнаружить дромос — вход в погребальную камеру. После этого начинались находки, каждая из которых стоила великих трудов.

Как сооружались курганы
Результаты раскопок Веселовского показали, что на территории Елизаветинской около 5 тыс. лет назад стояла столица меотского царства. Почти все погребения принадлежали высшему сословию. Техника похорон меотских вождей в елизаветинских курганах была такова.

В земле выкапывалась прямоугольная яма, над которой сооружался навес, подпираемый толстыми бревнами или каменными стенами. К навесу пристраивался длинный крытый коридор из дерева, по которому покойника в полном облачении, с оружием и предметами быта, завозили в погребальную камеру. Вождь возлежал на раскрашенной в белый, голубой и желтый цвета колеснице, запряженной множеством лошадей. Иногда его сопровождали слуги, рабыни и оруженосцы. Эти несчастные умерщвлялись вместе с лошадьми и навсегда оставались в темном коридоре — дромосе, подле своего почитаемого владыки. У входа в один из дромосов Веселовский обнаружил двух воинов в богатых доспехах, а в другом кургане — одного в тяжелом панцире и большим мечом у ноги.

Если воинов-охранников господина было 1-2 человека, то женщин, сопровождавших владыку в загробный мир, было гораздо больше. В одном из курганов Веселовский обнаружил 5 женских скелетов, лежавших в отдельной яме подле погребальной камеры. Все они были богато одеты, в ушах и на руках сохранились украшения.

Церемония заканчивалась сооружением высокой земляной насыпи. Предполагают, что каждый из участников поминального обряда приносил землю со своей родины, чтобы высыпать ее на могилу вождя. Этот древний обычай в измененном виде существует до сих пор.

После сооружения насыпи, ее укрепляли каменной оградой. В таком виде могила сохранялась до тех пор, пока в народной памяти было живо имя погребенного повелителя. Но из-за отстутствия письменности оно быстро забывалось, да и неспокойные военные времена не давали народу долго задерживаться на одном месте. Люди уходили, а безымянные горы среди ровных степей оставались, теряя историю и наполняясь загадками.

Масштабы строительства
Размеры погребальных ям, доходившие до 8 м в глубину и 20 в длину, выкопанные для одного человека, поражают. Можно представить, сколько людей было занято на сооружении такого мавзолея. Не менее удивляет количество лошадей, отправляемых в загробный мир. В одном из курганов Веселовский насчитал 200 конских скелетов, расположенных в дромосе и вокруг погребальной камеры. Некоторые костяки были привязаны к деревянным коновязям, а верхом на них сидели удавленные всадники. Большое количество женских и конных погребений отличают содержимое Елизаветинских курганов от других могил Кубани и Дона.

Грабители и золото
Поражает крепость веры меотов в загробную жизнь, позволявшую им без колебаний умерщвлять столько людей и животных, и закапывать в землю большое количество богатств, которыми уже не планировалось воспользоваться. Оставшиеся в живых люди верили, что мертвый воин с огромным мечом защитит своего владыку также, как при жизни. Поэтому дополнительной охраны не выставлялось, или стояла она недолго.

Уже вскоре после погребения к кургану приходили грабители. Трезвомыслящим безбожникам ничего не стоило войти в дромос и, переступая через полуистлевшие трупы, собирать золотые, серебряные и медные украшения. Впрочем, из-за обилия золота, медь интересовала разве только опоздавших.

Кубанские курганы грабились в течение двух тысячелетий, но тем не менее на долю современных археологов досталось столько золотых предметов, что выставка из них заполнила два музейных зала.

Самым известным экспонатом, найденным в Елизаветинских курганах, является голова медузы-горгоны, ныне хранящаяся в Эрмитаже. Это была бляшка, прикрепленная на нагрудный панцирь оруженосца. Свирепо раскрытые пустые глаза, высунутый язык и развевающиеся змеи вместо волос должны были оказывать на противника ошеломляющее впечатление и превращать его в камень.

Второй выдающейся находкой был совершенно целый глиняный сосуд с изображением олимпийских игр. Такими сосудами, наполненными драгоценным маслом, награждались греческие олимпийцы. Славное прошлое амфоры не помешало закопать ее вместе с умершим, а грабителям она не показалась интересной.

На амфоре из красной глины, с одной стороны, изображена бесстрашная богиня в воинских доспехах — Афина, дочь Зевса, которую громовержец родил из своей головы. На обратной стороне предстает заключительная сцена кулачного боя: победитель склоняется над лежащим соперником. За этим наблюдает судья — эфедр и два петуха, сидящие на колоннах — символы олимпийских игр.

Греческая надпись «Награда из Афин» не оставляет сомнения в двойной ценности экспоната: наградной и исторической.
Очевидно, уникальность и красота сосуда покорили сердце меотского вождя и побудили купить его у заезжего греческого торговца или у самого победителя, переселившегося на жительство в Причерноморье.

Греческие корабли в кубанских рисовых чеках
Елизаветинские «майские горы» обозначены даже на топографической карте и являются историческим памятником федерального значения. Привлечь туриста на грязную окраину станицы может лишь их богатая история, мечта найти золотую монету или вид на окрестности, открывающийся с цитадели меотского городища.

Сами золотоносные курганы сейчас скрыты в лесном урочище Дубинка. Медленно заживают их изрытые траншеями бока. Сам же меотский город находится на открытой местности, вытянувшись цепью плосковерхих возвышенностей вдоль бывшего русла Кубани.

Там, где тысячелетия назад причаливали греческие торговые суда, сейчас расстилаются заливные рисовые поля. Да и сам рис уже в прошлом, на непригодной для земледелия земле колосятся камыш и осока. С высоких земляных валов осыпаются в них глиняные черепки и обожженные кости — остатки могущественного царства.

Судя по многочисленным находкам, меоты активно торговали с греками. Монеты, сосуды и золотые бляшки с изображениями греческих богов постоянно попадались в погребениях и вымывались дождем из глиняных обвалов. Коллекция школьного музея станицы может соперничать с любым из городских музеев в количестве собранных жителями артефактов.

Античная Гаргаза
Благодаря образованным грекам история меотов немного выходит за рамки погребений. В античных исторических трактатах встречаются описания сражений, где участвуют тысячи всадников «с берегов Фата», а также загадочный город Гаргаза, принадлежавший «фатеям», подробное описание которого сходно с местностью в излучине Кубани.

Богатство находок и многочисленность городищ под Краснодаром и на территории самого города не могло в прошлом быть незаметной провинцией. Некоторые историки допускают ласкающую слух краснодарцев мысль, что воспетая античными историками Гаргаза — город тысячей всадников — стояла на месте нынешней южной столицы.

Глазами фатеев
Для любителей посмотреть на широкую весеннюю ленту Кубани глазами жителей первых тысячелетий до н.э. можно посоветовать несколько наиболее красивых городищ и курганов.

  • Елизаветинские городища — ст. Елизаветинская, подъезд по ул. Курганной. Две высокие цитадели, окруженные уже заплывшим рвом;

 

  • Некрасовское городище — ст. Некрасовская. Высокая цитадель (выше 30м) в живописном месте над обрывистым берегом Кубани. С вершины открываются виды на пойму реки, степи и перелески. Весной покрыто ковром цветущих трав. Отчетливо проглядывается воротный проем.

 

  • Курган «Юркова могила» под ст. Нововеличковской, на зеленом берегу р. Понура. Высота около 20 м, прекрасные виды с вершины на пшеничные поля и речную долину. В соседнем, разрушенном кургане археологи обнаружили захоронение богатой жрицы.

 

  • Городище Гатлукай в одноименном ауле на берегу Кубанского водохранилища поражает сложным устройством и монументальным видом. Полукруглая цитадель окружена двойным рвом. Склоны усеяны осколками глиняной посуды. Протяженность постройки составляет 250 м.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Яндекс.Метрика